Комментарии
Может ли ЕС перезапустить свой внешнеполитический механизм?
«Теория победы» НАТО: эскалация или намек на разрядку?
В Восточной Европе без хороших новостей?
ЕС все сложнее молча наблюдать за диалогом Беларуси и США
Западное незнание Беларуси
Поиск переговорщика с Россией как индикатор кризиса в ЕС
Балтике срочно нужен механизм деэскалации; Беларусь может помочь
НАТО: Вашингтон отходит, Европа нервничает
Балтия между Вашингтоном и Брюсселем
США-Израиль: конец «особым отношениям»?
Иранская война и смена мировой системы
ЕС, арабские монархии и «не свои» войны
Внешняя политика Венгрии после Орбана
Кризис военно-политических блоков
Планета на пороге эскалации
Минск и Вашингтон на пути к большой сделке
Внешняя политика ЕС в точке невозврата
Ближневосточная война и суверенитет европейских стран
Эхо ближневосточной войны в Европе
Что стоит за сменой политики Украины в отношении Беларуси?
Восточная Европа: разделенная минной стеной
Чувство незащищенности Европы – лейтмотив Мюнхена-2026
ЕС – слабое звено в цепи средних держав
Давос-2026: на дискуссиях наконец дискутируют
Если НАТО больше нет
США, Венесуэла и Гренландия: три долгосрочных последствия
Итоги 2025 года в международных отношениях: постепенное принятие очевидного
Саммит лидеров ЕС бросил вызов «брюссельской мудрости»
Вашингтон в поисках нового концерта великих держав?
Американским по белому о новом мире
Мир в объятиях военно-промышленной лихорадки
Американо-белорусский диалог продолжает развиваться
Беларусь: Вашингтон разговаривает, Брюссель молчит
Мирный план Трампа: война вступает в завершающий этап
Сможет ли Германия возродить военную мощь?
Расширение ЕС: риторика, реальность и замкнутый круг геополитики
Литовско-белорусская граница и тема трагедии в международных отношениях
Трансатлантические отношения в зеркале российско-американских качелей
Военные планы ЕС и главная дилемма европейской интеграции
Революция шагает по США
Молдова между Брюсселем и Москвой
ООН и мультилатерализм: вместе лучше?
Беларусь и Польша обмениваются военной информацией, несмотря на ухудшение политических отношений
Как остановить балканизацию Восточной Европы?
ШОС – новый полюс антизападного мира?
Почему страны Южного Кавказа все еще нуждаются в эффективном мультилатерализме?- Американо-российский саммит на Аляске: Может ли ЕС повлиять на его итоги?
Санкции ЕС в отношении Беларуси: бессмысленные и беспощадные
Беларусь работает над нормализацией отношений с Соединенными Штатами
Военно-промышленная лихорадка ЕС: пропасть между риторикой и реальностью
Суверенитет – главный таран либерального мейнстрима Запада
Война за образ будущего Ближнего Востока
Беларусь сокращает масштабы учений «Запад-2025», чтобы снизить риски эскалации
Беларусь, Китай и законы физики в международных отношениях
Национальные интересы слезам не верят
Способен ли ЕС на новую восточную политику?
Уроки родовых травм «Восточного партнерства»
Главные дилеммы ЕС – на Востоке
Белорусское общество склоняется к более тесным отношениям с Россией и КНР
Трамп, глобализация и регионализация: кто кого?
«День освобождения» США: в прямолинейном мире меняется смысл санкций
Европа станет другой. Но какой?
Телефонная дипломатия Трампа: Украина на языке, Китай на уме
Беларусь предлагает площадку для мирных переговоров между Россией и Украиной
Джидда. Кремль. Трамп. Большая картина
Стратегическая автономия ЕС: в ответ оглушающая тишина
Американская революция
Беларусь надеется перезапустить отношения с США
Мюнхен-2025: рождение нового «коллективного Запада»
Трамп вместо войны: США нащупывают новый баланс сил в мире
Беларусь и ЕАЭС: Расчет на фоне геополитических сдвигов
Миграционная напряженность – путь к столкновению цивилизаций?- «Самые спокойные выборы» в Беларуси могут открыть путь к деэскалации отношений с Западом
Приоритеты в непредсказуемости: Трамп зашел в новый мир
Итоги администрации Байдена: не в то время, не в том месте
Беларусь готовится к транзитным выборам
Как сделать невмешательство во внутренние дела great again?
Турбулентность-2024: неуникальный год уникальных событий
США и Китай: в преддверии большой войны в киберпространстве?
Гарантируют ли что-то гарантии безопасности?
Между сдерживанием и диалогом: Двойная стратегия Беларуси на фоне напряженности на границе с Украиной
ОБСЕ балансирует на грани смерти
Ключевые игроки нового политического олимпа и закулисья ЕС
Беларусь и Россия готовят новые соглашения в области безопасности
Эволюция отношения Запада к многополярности
Беларусь требует место за столом мирных переговоров
От мостов к стенам: расколется ли мир на блоки?
Американская политика и фактор Трампа
Беларусь стремится стать членом БРИКС
Трамп vs Харрис: последний расклад
Беларусь смотрит на СНГ с возобновленным интересом
НАТО: все ставки на военное сдерживание
Как и столетие назад: кризис идеологий грозит большими потрясениями
Администрация Байдена потерялась в исторических эпохах
Беларусь предлагает Литве перезагрузить двусторонние отношения
Мир и революционная ситуация
Освобождение заключенных может поспособствовать разморозке отношений Минска с Западом
Трансформация или деградация: ждет ли ООН судьба Лиги Наций?
Мировые конфликты переплетаются в стабильную нестабильность
ЕС: пропасть между бюрократическими лозунгами и реальными результатами
События на белорусско-украинской границе и разнонаправленные реакции Минска
Отношениям США и Китая нужно больше страха
Трамп или не Трамп
Удар демократическим популизмом по позициям Запада
Беларусь и Украина деэскалируют военную напряженность на границе
От Европы до Палестины: Китай размывает американское доминирование
Тандем Трамп-Вэнс и обреченное европейское «все пропало»
Беларусь стала первым европейским членом ШОС
Вашингтонский саммит: главные тенденции эволюции НАТО
ШОС как лаборатория сотрудничества в новом мире
Байден проиграл Трампу в надписях на заборе
Венгрия противится политике ЕС в отношении Беларуси
Противоречия внутри альянсов: от ценностных к межгосударственным
Дипломатия умирает, чтобы возродиться?
Беларусь продвигает экономические интересы в Азербайджане
Оборонная автономия ЕС: старая песня о главном
Олимпийское перемирие, МУС и анархия
Физика и лирика в российско-китайских отношениях
Всебелорусское народное собрание становится центральным элементом политического транзита
Си в Европе: в поисках вакцины от новой Холодной войны
Экзистенциальные проблемы ЕС
Глобальная милитаризация на марше
Стратегия Беларуси избежать войны
Контроль над вооружениями: констатация смерти?
Иранские удары по Израилю: стратегические последствия
НАТО: отставание европоцентричного Альянса
Беларусь готовится к войне, которую надеется избежать
Белорусская дипломатия отражает неидеологизированную внешнюю политику
Азиатско-Тихоокеанская ловушка для мира
Праворадикальный поворот ЕС
Логистическая полублокада подрывает стратегические основы государственности Беларуси
Германия vs Франция: претензии с обеих сторон Рейна
Швеция в НАТО. Есть ли будущее у политики нейтралитета?
Минобороны разъясняет военную политику Беларуси
Ренессанс ядерного оружия: выжить в условиях анархии
Беларусь и Узбекистан провозглашают новую повестку в двусторонних отношениях
Мюнхен-2024: движение к новой форме многополярности
Белорусско-китайские отношения на фоне геостратегических вызовов
Шведская эпопея с НАТО
Беларусь обновляет стратегические доктрины
Ближневосточная ловушка для Байдена- Поле боя не альтернатива дипломатии в Украине
Натиск Трампа. Последствия для США и мира
Является ли евразийство монолитной конструкцией?
Медийная повестка и новые факторы войны в Украине
Цепь прокси-войн просматривается за конфликтом в Газе
Напряженность между Минском и Варшавой растет накануне выборов в Польше
Ложная аналитическая парадигма подрывает политику Запада в отношении Беларуси
Израильская модель безопасности для Украины?
Итоги саммита НАТО в Вильнюсе: что Запад предлагает Украине?
Европейская безопасность, евразийский перекресток? Как сохранить игру по правилам на разрываемом войной континенте
Фактор Лукашенко: мятеж Пригожина и суверенитет Беларуси
Что означает роль Лукашенко как медиатора в российском кризисе?
Суверенитет Беларуси: терминологическая путаница и главный вопрос
Беларусь и Россия углубляют экономическую интеграцию (Часть 2)
Беларусь и Россия углубляют экономическую интеграцию (Часть 1)
Почему Беларусь хочет разместить российское тактическое оружие
Как Лукашенко объяснил решение о тактическом ядерном оружии?
Холодная война, которую мы хотим: как преодолеть заколдованный круг?
Беларусь и Иран: Минск идет туда, где открыты двери
Белорусско-китайские связи привлекли повышенное международное внимание
Год войны в Украине: прямой дорогой к большому ядерному кризису?
Приоритеты военно-тeхнического сотрудничества Беларуси и России
Война по учебнику
Ракетный инцидент в Беларуси – «новая нормальность» в Восточной Европе
Могут ли небольшие государства по-прежнему играть связующую роль в европейской безопасности?
Компромиссы: большой бизнес и война
Минск инициирует развертывание Региональной группировки войск с Россией
Россия, Китай и изменение баланса сил в европейской безопасности
Какую новую холодную войну вы хотите?
Беларусь в ШОС: в поиске пространства для маневра
Белорусско-российское сотрудничество в контексте войны в Украине
Реалистична ли реформа Совета Безопасности ООН?
Как Лиз Трасс может способствовать достижению военных целей России в Украине- Изменит ли отставка Джонсона политику Лондона в Украине?
- Главный трансформационный вызов НАТО
- Мадридский саммит НАТО – новый виток милитаризации в Восточной Европе
- Украина и Молдова – кандидаты в какой ЕС?
- Зерно, калий и взаимосвязь вещей в природе
- Беларусь-ЕС: риски превышают возможности
- 100 дней войны в Украине: перспективы битвы на истощение
- Новые слоганы западного мейнстрима
- ОДКБ: есть ли жизнь после юбилея?
- Конец внеблоковости в Европе?
- Стремление Финляндии и Швеции в НАТО: эффект домино для региона и Беларуси
- О прокси-войнах
- Конфликт, контроль и последствия: ситуация вокруг Украины
- Близки ли Москва и Киев к мирным договоренностям?
- Момент истины: сценарии развития региональной политики в Восточной Европе в 2022 году
Уроки отношений ЕС с Беларусью: взаимозависимость как стратегия соседства для «геополитического ЕС»?
AUKUS и «порядок, основанный на правилах»: новое и старое в отношениях великих держав в 2021 году- Миграционный кризис на границе Беларуси: дипломатическое и военное измерения
- Несовершенное будущее: ЕС и восточные партнеры в 2022 году
- «Северный поток-2»: содействие, а не препятствие энергетической безопасности в Европе
- Белорусско-российские отношения: случилась ли двусторонняя интеграция?
- Паралич российско-западных отношений
- 28 союзных программ. Почему они не стали прорывом в интеграции Москвы и Минска
Признание России великой державой – палка о двух концах для Москвы
Протесты и репрессии в Беларуси: почему ЕС слабо реагирует
Химера поглощения. Почему в отношениях Москвы и Минска ничего не происходит
И санкции, и обмен послами. Куда ведут противоречия в отношениях Минска и Вашингтона
Может ли Байден наладить российско-американские отношения?
Белорусско-российские отношения: новая стратегическая сделка?
Дополненная реальность вместо идеологии
Белорусский тест для «геополитического» ЕС: взгляд из Минска
Александр Лукашенко, Владимир Путин и $3,5 млрд: Четыре обстоятельства, которые нужно учесть перед встречей союзников
Минск анонсировал возможные изменения своей внешней политики
Давний фронт Европы. Как белорусский кризис отразится на безопасности Балтики
Власть и многовекторность.
Коронакратия: COVID-19: последствия для политики Германии в сфере безопасности и обороны
Измерения политического кризиса в Беларуси
Куда ведет политический кризис в Беларуси?
Не смотрите сквозь Беларусь: Западу следует сбалансировать интересы Москвы и Минска
Кейс Кондрусевича и белорусско-ватиканские отношения: Святой Престол как канал коммуникации и посредник
Политический кризис в Беларуси: причины и перспективы
Политический кризис в Беларуси: источники, эволюция и международное значение
На честном слове и одном крыле
Новая глава в белорусско-российских отношениях после выборов?
Коронакратия: COVID-19, Брексит и безопасность: влияние кризиса на роль Великобритании в европейской системе безопасности
Коронакратия: Великобритания в тени Брексита и COVID-19
Всадники Апокалипсиса в Восточной Европе?
Коронакратия: ЕАЭС: новая/старая стратегия в посткоронавирусный период
Коронакратия: ШОС: между региональной интеграцией и расходящимися интересами в Евразии
Коронакратия: COVID-19: вызовы для глобальной системы многосторонней дипломатии
Коронакратия: ООН и проблемы международного мира и безопасности после COVID-19
Коронакратия: ОДКБ: в поиске смыслов существования
Коронакратия: ЕС станет сильнее после пандемии
Коронакратия: Почему ЕС не создает новый мир
Коронакратия: COVID-19 и НАТО: вирус не меняет правила игры, но ускоряет имеющиеся тенденции
Коронакратия: COVID-19 и НАТО: краткосрочные эффекты и долгосрочные вызовы
Коронакратия: Китай после COVID-19: Балансируя между противостоянием великих держав и международной стабильностью
Коронакратия: Китай на фоне COVID-19: Глобальное давление и региональные амбиции
Коронакратия: Восстановление Pоссии и новый мировой порядок
Коронакратия: Россия и евразийские дилеммы
Пандемия акцентирует необходимость перезагрузки в белорусско-российских отношениях
Коронакратия: Проблемы и сценарии внешней политики США
Коронакратия: Приоритеты США в области безопасности остаются неизменными
«Восточное партнерство» и ускоряющееся время
Першае сур’ёзнае выпрабаванне беларускай дзяржаўнасці
COVID-19 и будущее контроля над вооружениями
Пандемия и восточноевропейские джунгли
COVID-19, ускоряющий геополитическое время
Достигла ли Беларусь потолка в отношениях с ЕС?
Собираются ли США возвращаться в Восточную Европу, и что это значит для Беларуси?
Беларусь может помочь Европе прекратить прокрастинировать по поводу снижения рисков
Новая многополярность и постсоветское пространство
День Помпео: что в сухом остатке?
Помпео в Минске: перспективы на пикантном фоне
Иранский кризис и параллели для Восточной Европы
Союзные разногласия: будущее белорусско-российских отношений
Двусмысленность на постсоветском пространстве
Переговоры Минска и Москвы уперлись в фундаментальные вопросы
Беларусь-Россия: происходит ли двусторонняя интеграция?
Трамп, шпионы и Договор по открытому небу
Ситуационный нейтралитет: попытка концептуализации
«Спокойная атмосфера»: будущее отношений между Беларусью и Западом после парламентских выборов
Слухи о конце многовекторности сильно преувеличены
Парламентские выборы и реакция Запада: безопасность важнее
Новая актуализация нормандского формата: взгляд из Москвы
Динамика и перспективы развития ситуации на Донбассе: взгляд из Киева
Российско-китайское партнерство: стратегическое и/или ситуативное?
Вооруженные силы США в Пабраде: может ли негативный прецедент стать позитивным?
Отойти от края пропасти
Европейская безопасность после ДРСМД: найти правильные стимулы
Возможен ли поворот Турции от НАТО к России?
Болтон в Минске: выполнима ли миссия?
Визит Болтона в Минск: избежать ловушки недопонимания в белорусско-российских отношениях
С чем едет Болтон в Минск?
Перспективы белорусско-литовских отношений при новом президенте Литвы
Кому нужен новый Минский процесс?
Беларусь, пробирающаяся сквозь геополитическую турбулентность
Добро пожаловать в восточноевропейский мир
Влияние России в «заднем дворике» США
Беларусь – Россия: куда ведет напряженность в отношениях?
Суверенитет Беларуси и вызовы глобализма
Суверенитет и внешняя политика: послевоенный кейс Румынии
Беларусь-Россия: возможна ли новая модель союзничества?
Брекзит и восточные партнеры ЕС: возможность или угроза?
Минск сигнализирует свои красные линии по поводу поведения посла России
Отношения Беларуси и ЕС: неровное потепление
НАТО и Северная Македония: игра не стоит свеч
Может ли Беларусь стать историей успеха европейской безопасности?
Беларусь находит свой внешнеполитический ритм
Решение Трампа о выходе из РСМД: эмоции и анализ
Беларусь и Россия спорят по поводу основ своих отношений
Пересмотр мирового порядка: устойчивость и вызовы
Координационная группа Беларусь-ЕС: на западном фронте без перемен?
Минский Мюнхен: констатация большой региональной проблемы
Канаде следует искать возможности стратегического партнерства с Беларусью
Зависимая независимость: каковы пределы внешней политики Беларуси?
Беларусь и Украина: случайные жертвы «Форта Трамп»?
Искры и форматные трудности российско-белорусских отношений
Армянская надежда и российская колея
Глобализация российского нарратива пятидневной войны 2008 года
Амбиции Грузии по вступлению в НАТО: 10 лет после войны с Россией
Чем опасны санкционные гонки между США и Россией
Отношения с ЕС: повестка дня, проблемы и решения
Форум «Минского диалога»: почему это важно?
Форум «Минского диалога» : Восточная Европа: в поисках безопасности для всех
Союзный нейтралитет или нейтральное союзничество
Новая Холодная война? Нет!
Можно ли контролировать новую гонку вооружений?
Миротворцы в Украине: разговоры без переговоров
Беларусь становится все более геополитической
Акценты белорусской дипломатии
Перспективы миротворческой операции на Донбассе
Почему логика печника не годится для внешней политики Беларуси
«Проблема Европы»: спорные границы политических регионов и Евразия
Минская переговорная площадка: перенести нельзя оставить
Координационная группа «Беларусь-ЕС»: как это было
Армения: комплементаризм – не роскошь
Пятый саммит «Восточного партнерства»: итоги для Беларуси и региона
Три проблемы в отношениях Беларуси и ЕС
Беларусь: российский буфер от НАТО?
ЕАЭС: поспешишь – лишь насмешишь
Новый этап в белорусско-американских отношениях?
Что даст Беларуси участие в Брюссельском саммите на высшем уровне?
Постсоветское пространство: существует ли оно?
Слухи о потолке белорусской независимости преувеличены
Настоящий вызов учений «Запад-2017»
Не дать психологии задавать тон белорусско-российским отношениям
Возврат к сферам влияния?
Новая реальность международных отношений
Новые разделительные линии на постсоветском пространстве
