Коронакратия: Стратегические дилеммы Китая в мире после коронавируса

Кратко

11 июня 2020 года Совет по международным отношениям «Минский диалог» совместно с Фондом им. Конрада Аденауэра (Германия) провел онлайн дискуссию «Коронакратия: Стратегические дилеммы Китая в мире после коронавируса» в рамках проекта «Коронакратия: Оценка долгосрочных последствий кризиса пандемии для международной безопасности».

Положение Китая в пост-коронавирусном мире характеризуется двумя главными преимуществами. Во-первых, уже преодолев вирус, Китаю удалось избежать стремительного падения ВВП. Во-вторых, во внутриполитическом поле Китая в 2020 году не предвидится существенных вызовов, что позволяет Пекину сфокусировать внимание на внешней политике. Однако, как отмечает Леве Пауль, Китай подрывает свои политические позиции, проводя не вызывающую доверия политику в отношении борьбы с COVID-19.

Конфронтация США и Китая

Спикеры согласились, что ослабление американской гегемонии позволяет уверенно говорить о конце американо-европейского доминирования и начале периода противостояния сверхдержав. И остановить это противостояние невозможно, его можно лишь смягчить и сделать более управляемым. Как отметил Захарий Пайкин, даже при ослабевающем доминировании США Китай все еще остается на позициях «частичной силы», а потому рано говорить о возможном однополярном китаецентричном мире. США все еще сохраняют амбиции в Азиатско-Тихоокеанском регионе. При существующей холодной войне между США и Китаем Пекин должен стараться не оставлять неразрешенных вопросов в отношениях с Вашингтоном. Только такой подход позволит Китаю не усугублять конфронтацию и позиционировать страну в качестве столпа мирового порядка. Особенно в быстро меняющихся международных условиях, которые повышают риски в области безопасности.

Леве Пауль считает, что конфронтация Китая и США обусловлена войной нарративов. Китай, посредством развития технологий и инициативы «Пояс и Путь», стремится стать глобальным лидером, о чем еще до начала пандемии заявил Си Цзиньпин. Китай, в отличие от США, в своих лидерских амбициях прежде всего рассчитывает на мультилатерализм, продвигая выгодные для Китая многосторонние форматы сотрудничества.

Конфронтация США и Китая происходит на фоне предвыборной гонки в Соединенных Штатах. Кирилл Рудый считает, что в случае сохранения президентской власти за республиканцами конфронтация с Китаем как с самым «понятным врагом» для американского электората продолжится. Демократический Белый дом, как правило, склонен к прагматическому подходу в отношении Китая. Тьян Шичен не согласился с этим тезисом. Он уверен, что вне зависимости от того, кто займет Белый дом на следующий срок, стратегия в отношении Китая останется неизменной. 

Экономическое сотрудничество

Захарий Пайкин считает, что стратегическое стремление Пекина к стабильному экономическому порядку может в итоге играть дестабилизирующую роль, как минимум, потому что китайская экономическая система несовместима с существующими в мире экономическими институтами.

Кирилл Рудый отметил, что Китай все еще находится в «ловушке среднего дохода», а потому нуждается в дополнительных ресурсах и технологиях. По этой причине США, несмотря на недружественную политику, остаются для Китая важным экономическим партнером. Тем не менее, это не умаляет собственной экономической силы Китая. Как подчеркнул Тьян Шичен, китайская экономика хотя и пострадала от пандемии, однако все еще подает большие надежды. Торговая война не нанесет Китаю значительного урона, в отличие от возможного перехода конфронтации США и Китая в военную сферу.

Отношения с Россией

Китайско-российские отношения пока развиваются в основном в политической, а не в экономической сфере. Рудый считает, что сфокусированное на поставках сырья экономическое сотрудничество Китая и России в большей степени выгодно Пекину. В то же время, как отмечает Захарий Пайкин, сама Москва не стремится усилить экономическое взаимодействие с Китаем, так как не желает потери экономической автономности. 

В то же время, экономическая модель Китая, на взгляд Пайкина, не предполагает углубления двусторонних экономических связей ни с Россией, ни с ЕС, а скорее нацелена на постепенное объединение евразийского региона. Кирилл Рудый уверен, что тесное политическое и экономическое сотрудничество с Россией все равно не устраняет необходимости выхода на крупные рынки США и ЕС для поддержки de facto капиталистической экономики Китая. Поэтому именно отношения с США, а не Россией остаются абсолютным приоритетом для Пекина.

Ценностная конфронтация

Тьян Шичен обратил внимание, что стратегические цели Китая зачастую трактуются ошибочно: Китай не ставит целью развязывание конфликта. Он также подчеркнул, что Китай не стремится принудить третьи стороны, в частности Россию и ЕС, к выбору в пользу Китая или США. А скорее ожидает, что они станут играть стратегическую роль стабилизаторов.

Многие действия китайских властей, как отмечает Тьян Шичен, оцениваются с долей предвзятости: действия властей на протестах в США не встречают столько же критики, сколько действия КНР в Гонконге. Причиной тому могут служить идеологические разногласия: коммунистический Китай автоматически вызывает неприятие. Тьян Шичен считает, что конфронтация с США была навязана Китаю и сопровождается систематической дезинформацией и несправедливой критикой. Универсального решения этой проблемы не существует, однако отношение Запада (который сейчас представляет собой США и ЕС как отдельные единицы) к Китаю могло бы со временем измениться. 

Дэвид Меркле отметил, что подход европейских демократических стран в большой степени опирается на ценности, а потому доверительный диалог с Китаем невозможен без уделения внимания внутренней политике Китая, на недостатки которой Европа не может закрыть глаза. Однако, на его взгляд, война нарративов ЕС, США и Китая должна смениться попытками найти новые точки соприкосновения и форматы мультилатерализма. Тьян Шичен также верит, что ценностная конфронтация преодолима через обращение к общечеловеческим ценностям, которые могут служить основой для нового мультилатерализма.

По мнению Захария Пайкина, ценностное противостояние уступает эффективному сотрудничеству в рамках таких организаций, как БРИКС и ШОС. Несмотря на различные ценности, все еще существует возможность сформировать правильные подходы к взаимодействию, основанные на нормах экономической политики и политики безопасности. Для этого именно нормы, а не ценности, должны быть основой сотрудничества.

Рекомендации для стран Восточной Европы

  1. Укреплять связи внутри европейского региона, что позволит совмещать различные подходы стран в отношении третьих государств и избежать необходимости делать выбор в пользу одной из сторон геополитического противостояния.
  2. Создавать новые региональные институты с целью выработки единообразной и сбалансированной стратегии в отношениях с третьими государствами, в том числе с Китаем.
  3. Находить точки соприкосновения в вопросах идентичности и национальных интересов. Примером служит сотрудничество для борьбы с пандемией коронавируса.
  4. Сделать акцент на сотрудничество в формате 17+1, а также развивать взаимодействие в рамках китайской инициативы «Пояс и Путь».

Подготовила Алисия Иванова, младший аналитик Совета по международным отношениям «Минский диалог»

Публикация является частью проекта «Коронакратия: 
оценка долгосрочных последствий кризиса пандемии для
международной безопасности». Проект реализуется
Советом по международным отношениям «Минский диалог» и
белорусским офисом Фонда им. Конрада Аденауэра. Содержание
публикации отражает исключительно мнение автора.

Аналитическая записка подготовлена при поддержке
Фонда им. Конрада Аденауэра (Германия)

Алисия ИвановаАналитик, Совет по международным отношениям «Минский диалог»

Алисия ИвановаАналитик, Менеджер по коммуникациям